Местечко Романово, которое сегодня известно как деревня Ленино, живёт в памяти людей особой, тёплой историей. Когда‑то давно, ещё в XVI веке, здесь стояли владения князей Олельковичей, а позже — Радзивиллов. Место было шумным и людным: через него проходили важные торговые пути между Слуцком, Несвижем, Тимковичами и дальше на Минск и Бобруйск. Ярмарки, корчмы, госпитали, школы, ремесленные мастерские — всё это делало Романово заметным пунктом на карте Случчины, своеобразным узлом дорог и интересов.
Не случайно именно здесь рано появились православные храмы. По преданию, Георгиевская и Николаевская церкви возникли ещё в конце XIV века, во времена князей Олельковичей. Это подтверждает и документ 1596 года, выданный Софией Ходкевич, в котором говорится о даровании земли Георгиевской церкви — значит, храм стоял здесь уже тогда, когда вокруг ещё не было ни школ, ни торговых лавок, ни больших дорог. В XIX веке Георгиевская церковь была деревянной, на каменном фундаменте, в форме продолговатого креста. Внутри сиял резной иконостас из сорока византийских икон, а в ризнице хранились вызолоченные сосуды и облачения. Колокольня стояла отдельно, и её колокола — от двух до пятнадцати пудов — звенели над всей округой. В 1870 году храм отремонтировали на средства прихожан, собрав 1562 рубля — огромную по тем временам сумму. Об этом подробно рассказывает «Описание церквей и приходов Минской епархии» (Минск, 1878).
Николаевская церковь была моложе. Она появилась в 1822 году и стояла на красивой площади, окружённой берёзами. Внутри находились двадцать пять икон, а за клиросами — две особенно древние, написанные ещё в 1675 году. В ризнице хранились серебряные приборы, старинные Евангелия, лампады. Колокольня имела три колокола, самый большой из которых весил более двадцати пудов. Архив церкви вёлся с 1812 года (предположительно был передан из Николаевской церкви), и в нём аккуратно записывали всё: крещения, венчания, похороны. Приход объединял десять деревень, а всего прихожан было более трёх тысяч. В местечке работало народное училище и несколько церковно‑приходских школ, хотя их возможности были скромными. Но даже при этом уровень грамотности среди мужчин достигал десяти процентов — по тем временам это было немало.
Особое место в истории Романова занимает Отечественная война 1812 года. Местечко оказалось на пути движения французских войск и в зоне боевых действий. Романовский бой 2 (14) июля 1812 года относится к числу ранних столкновений войны на территории нынешнего Слуцкого района. Сражение произошло у местечка Романово, которое сегодня носит название Ленино. В этот период передовые части французской армии продвигались вглубь Минской губернии, стремясь перехватить важные дороги и нарушить связь между русскими подразделениями. Для прикрытия отхода 2‑й Западной армии в районе Романово действовали казаки под командованием атамана Матвея Ивановича Платова. Местность вокруг Романово, пересечённая оврагами, лесными участками и заболоченными берегами реки Морочь, позволила казакам использовать манёвренную тактику: внезапные атаки, засады и быстрые отходы. В ходе боя французский авангард был остановлен и понёс потери, после чего отступил в направлении Тимковичей. Это задержало продвижение неприятеля и обеспечило русским войскам возможность организованно продолжить движение, избежав окружения и сохранив связь с основными силами. Дата 2 (14) июля 1812 года подтверждена местными архивными материалами, краеведческими исследованиями и памятным камнем, установленным в Ленино; в книге «Памяць. Слуцкі раён. Слуцк» бой упоминается как первое серьёзное столкновение французских войск с русскими на территории Случчины.
Романово было связано с событиями 1812 года не только боем у местечка, но и судьбой ближайшего окружения — прежде всего Слуцка. В тот же год, 29 июня, французские войска заняли Слуцк. Как писал настоятель Слуцкого монастыря архимандрит Афанасий, «французские полчища тёмною тучей наводнили не только Слуцк, но и его окрестности». Ректор Слуцкой духовной семинарии архимандрит Лазарь, вице‑ректор протоиерей Лойко и учителя уехали в Киев, ученики разбежались по домам, а «несколько мальчиков‑круглых сирот, которым решительно некуда было деваться, остались на произвол судьбы в своей родной бурсе». Французы занимали здания семинарии, бурсы и монастыря, сжигали мебель, выбивали окна, а книги из библиотеки, по словам иеромонаха Маркиана, употребляли «на варку пищи, по причине отсутствия дров». Из монастыря было вывезено огромное количество зерна, круп, скота, фуража и имущества — сотни коп жита и ячменя, тысячи осьмин овса и ржи, десятки бочек муки и круп, десятки голов скота и лошадей. Эти события отражались и на жизни окрестных местечек, в том числе Романова, через которые проходили войска, обозы, реквизиции.
На этом фоне особенно значимой выглядит роль Романова как пограничного пространства между войной и мирной жизнью. С одной стороны — бой у местечка, попытка задержать французский авангард на подступах к Слуцку; с другой — продолжение церковной и образовательной традиции, восстановление приходской жизни после войны. Николаевская церковь, архив которой вёлся с 1812 года, фиксировала крещения и венчания уже в послевоенное время, словно подводя невидимую черту между военной бурей и возвращением к мирному укладу.
В XX веке судьба Романова и его храмов резко изменилась. Георгиевская церковь, некогда величественная и заметная издалека, постепенно пришла в упадок. В 1962 году с неё сняли купола, а в 1968 году здание разобрали. На его месте начали строить дом культуры — новый центр жизни деревни. Когда рабочие копали котлован под фундамент, они нашли множество захоронений, расположенных почти вплотную друг к другу. Люди говорили, что это могли быть солдаты войны 1812 года — возможно, участники или жертвы тех самых событий, которые начались Романовским боем и продолжились французским нашествием на Слуцк и его окрестности. Сельский дом культуры сдали в эксплуатацию в 1984 году. Строила его МПМК 98 по заказу колхоза имени Карла Маркса. Сегодня на этом месте — сцена дома культуры, и мало кто догадывается, что под ней покоится целая история.
Советская хозяйственная история Ленино отражает почти век непрерывных преобразований. В 1929–1941 годах здесь действовала сельскохозяйственная артель — колхоз имени Ленина, входивший в Ленинский сельсовет Слуцкого района, а с 1935 года — Слуцкого округа и с 1938 года — Минской области. После войны, в 1954–1958 годах, хозяйство носило название колхоза имени Маленкова, а с 11 февраля 1958 года было переименовано в колхоз имени Карла Маркса, под которым существовало до начала 2000‑х. С 28 ноября 1969 года и вплоть до 2003 года колхоз имени Карла Маркса продолжал работу как одно из крупных хозяйств Ленинского сельсовета. В 2003 году он был преобразован в сельскохозяйственный производственный кооператив «Романово» (СПК «Романово»), а в 2011 году — в открытое акционерное общество «Романово», которое функционировало в агрогородке Ленино и с 2013 года относилось к Знаменскому сельсовету. В 2014 году в рамках оптимизации сельхозпроизводства ОАО «Романово» было ликвидировано путём присоединения к ОАО «Подлесье‑2003», которое стало его правопреемником и продолжило хозяйственную деятельность на этой территории.
Так Романово прошло путь от княжеских владений на пересечении торговых путей и древних храмов XIV–XVI веков — через огонь Отечественной войны 1812 года, через французский погром и наполеоновский «бич», парализовавший жизнь Слуцка и его округи, — к советскому дому культуры, ставшему новым символом общинной жизни. Но память о Георгиевской и Николаевской церквах, о Романовском бое и о тех, кто жил и погиб на этой земле, продолжает жить — в документах, в старых фотографиях, в рассказах жителей. И каждый, кто проходит мимо современного сельского дома культуры в Ленино, идёт по земле, где когда‑то звенели колокола, где молились люди, где гремели выстрелы 1812 года и где начиналась история этого места.
© ГУК «Слуцкий районный центр народного творчества», 2026
Владимир ХВОРОВ, фото автора.
Использованы восстановленные с помощью ИИ изображения из старых фотографий.
Если вы нашли ошибку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите сюда, чтобы сообщить нам.